♠|D.Gray-man: New war|♣

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ♠|D.Gray-man: New war|♣ » Архив старых тем » Ковчег


Ковчег

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Великолепный белый город, больше похож на сказочный, над которым время не имеет никакой власти. Простые, но элегантные фасады зданий, напоминающие Италию, возле каждого здания горшки с цветами, которые так же украшают подоконники и балконы, под полосатыми тканевыми накрытиями. Узкие улочки, рассыпаны лабиринтом, с множеством всевозможных лесенок, обсажены деревьями. Улицы ведущие к прекрасному дворцу на холме, выложены светлым камнем.

0

2

Коридоры ===>

Аллен так и не понял до конца, что произошло. Возможно, потом ему кто-нибудь что-нибудь расскажет, а сейчас… Все потонуло в обширном вихре из Ноев, экзорцистов, Акума и беспощадной боли в проклятом глазу, головокружения, сияния Чистой Силы, чьих-то сильных и уверенных рук, грохота, летящих камней, голосов… На мгновение его словно накрыто пеленой, не черной, как обычно бывает при потере сознания, а белоснежной, которая чаще появляется при резкой и обильной кровопотере. Однако не было того жуткого шума в ушах и смутного ощущения, что умираешь, Аллен, как экзорцист с талантом попадать в жуткие передряги, хорошо знал это состояние. На сей раз было что-то принципиально иное. Хотя… вполне возможно, что он сталкивался с подобным и раньше, но просто не помнил этого.

Когда он открыл глаза, вокруг было тихо. Ничего не соображающий взгляд уперся в чистое голубое небо, яркое-яркое, словно нарисованное чье-то умелой кистью. Приподнявшись, экзорцист похлопал белыми ресницами и повертел головой, присматриваясь к окрестностям. Окрестности были более чем знакомые.
«К… Ковчег?» - Аллен едва заметно нахмурился и поднялся на ноги. – «Да, Ковчег…»
Знакомый солнечный белый город, пустынный и стерильно чистый. Ни одной живой души, только хрупкий мальчишка в окружении уютных зданий. Уолкер понятия не имел, как он сюда попал. Он помнил Роад, которая тащила его по внутренностям своей двери, помнил коридоры Черного Ордена, потом какие-то разборки, в которых потрепанный морально мальчик не успел ничего толком понять… И белый город Ковчега. Вязалось все это с большой натяжкой.

Двинувшись с места, Аллен медленно побрел по мощеной камнем дороге. Куда он шел? Неожиданно он понял, что его это не волнует. Рассеянно скользя по белым стенам взглядом равнодушных серых глаз, экзорцист просто брел вперед, да и брел-то только потому, что когда-то обещал Мане идти и идти только вперед. Чем дальше он шел, тем полнее его душу наполняло непривычное, почти незнакомое нервному мальчику спокойствие. Как будто он был… дома.

- Орден? – негромко произнес Уолкер, легким движением головы откидывая с лица белые пряди. – Да-да, конечно… Да, Орден… Мана… Чистая Сила…
Вдруг остановившись, он нахмурился, глядя на красную хризантему в окнах дома напротив. Напряжение на помятом лице выдавало внутреннюю борьбу, но… Аллен не знал, с чем ему сражаться. Краем сознания он понимал, что на него накатило что-то… хорошее… плохое? Что-то непонятное, одновременно легкое, ненавязчивое, но одновременно такое тяжелое, что отчаянного усилия воли мальчика не хватило, чтобы сбросить это с себя. На мгновение сердце забилось чаще, но почти сразу же успокоилось, все медленнее ударяя о ребра, пока не остановилось на слабом и неторопливом ритме, какой обычно бывает у мирно спящего. Его стук успокаивал, даже гипнотизировал, и Аллен мотнул головой, стараясь не слушать его. Но это небо, дорога, домики с цветами в окнах, бесчисленные двери – они буквально топили его в тишине и покое. Легкие порывы страха были вытеснены равнодушием, постепенно наполняющим тело и душу. Теряясь и понимая, что не может сопротивляться этому чувству, мальчик бросил молящий взгляд на собственную левую руку, но Чистая сила молчала… и через секунду Уолкеру уже было все равно.

Некоторое время он молча стоял на месте, пряча глаза за волосами, хотя и прятать их было не от кого, - в Ковчеге он был совершенно один – и прислушиваясь к себе. Его поглотили покой и умиротворение. Когда он приподнял голову, глядя прямо перед собой пустым взглядом, на лице его не было ни единой эмоции.
«Надо… Идти вперед.» - короткая мысль словно легонько подпихнула его в спину, и он побрел вперед, тупо и бесцельно. Город внутри Ковчега был большим, блуждать по нему призраком можно было вечно. Тимкампи нигде не было, вероятно, он не попал в Ковчег или просто удачно выбрался из него. Аллен был один в этом городе, где не бывает ночи. А хотя… Один ли?
«Кросс… Канда… Лави…» - отрывисто думал мальчик, глядя себе под ноги и провожая взглядом редкие камушки, вылетающие из-под его ботинок. – «Линали… А… кто это?..»

~~~Персонаж офф до моего возвращения в августе~~~

0

3

Покой… Равнодушие… Холод…
И ничего более. Разве что, бесконечный, неритмичный, едва уловимый слухом стук каблуков по сухому камню. И никаких больше звуков. Ни единого запаха. Ни одного порыва южного ветра, который бы так подходил к этим белым стенам. Все здесь было пропитано тишиной и покоем. И равнодушием.
Переставляя ноги с упорностью часового механизма, по широкой мощеной улице шел мальчишка. Крайне изможденный, осунувшийся, он был похож на сломанную игрушку, которая будет идти до тех пор, пока не высосет из батареек все до последнего энергетического потока. В пустых серых глазах, кажется, уже лишенных зрачков, не было ни единого намека на сознание. Да и в самой голове эти намеки были более чем прозрачными. Холодный мертвый взгляд был устремлен прямо и немного вниз и скользил по одинаково белым стенам, по дороге под ногами, по стеклам окон и неподвижным цветам за ними. Понимал ли он, осознавал все это? Кажется, нет. Ему было все равно. Глубокое, спокойное дыхание, редкое, но стабильное сердцебиение… Все признаки глубокого анабиоза с той лишь разницей, что в анабиозе люди не ходят. Руки, похожие больше на кожаные плети, бессильно колыхались по бокам от туловища в такт шагам, живот провалился, сквозь тонкую черную ткань тренировочного топика хорошо просматривались ребра, в некоторых местах неровные – в прошлом сломанные. Кожа стала бледнее обычного. Казалось, смерть шла за ним по пятам, но не могла дотянуться. Этот мальчишка словно сам стал частью Ковчега, частью мира, недоступного для понимания обычных смертных, и сознание его словно слилось с неподвижным пространством, перестало существовать как самостоятельное. Кажется, он знал все, что происходило… в Ковчеге? В мире? Не важно, ему было все равно, и все это не оставляло ни единого следа в той части общего Сознания, которую он еще мог считать своей. Если такая часть вообще еще была.
Почему же ни 14ый, ни Коронованный Клоун не могли воспользоваться этим? Ведь все было так просто – пустая голова мальчишки словно звала какую-нибудь чужеродную сущность заполнить эту пустоту. И ох как хотелось Ною это сделать, но увы. Эта пустота оказалась замурована в панцирь настолько глубокий, что в таком состоянии не было ни единого шанса завладеть мальчишкой. Это не могло не печалить, но выхода не было. 14ый не мог даже разбудить Аллена, хотя он понимал, смутно, но понимал, что происходит. И понимал, что если кто-то и способен вывести маленького экзорциста из этого состояния, то он сам. А пока все шло к тому, что в батарейках вот-вот закончится энергия, и Уолкер станет частью небытия не только духовно, но и физически.

«Чертов мальчишка… Очнись уже…» - заметно нервничая, шипел Ной. – «Очнись ради всего, что тебе дорого..»

Но Аллен не слышал, нисколько не осознавал его слов. Не осознавал вообще ничего. Его психика, изорванная тревогами и страданием, удивительно легко поддалась змею покоя, обитавшего в белом городе Ковчега. Здесь не было боли, не было страха, не было смерти. Не было необходимости сражаться и побеждать. Здесь ничего не было. Только сладостный, желанный покой.

Неожиданно врезанный в левую руку мальчишки остроконечный крест вспыхнул с такой силой, что ближайшие дома осветились ярким зеленым светом, некое подобие взрывной волны отбросило высохшее тело к ближайшей стене, голова, едва держащаяся на тонкой шее, ударилась, на белый камень брызнула кровь. Что-то в голове мальчишки напряглось, где-то что-то натянулось… и пустые серебристые глаза закрылись. Сознание заполнила ослепительная белизна, а тело – боль. Обессиленное тело подалось назад и грузно упало на камни. Полежав с мгновение, мальчишка выгнулся дугой и принялся корчиться и исступленно хрипеть, впиваясь ногтями себе в волосы. Он еще не мог понять этой боли, но она была невыносимой, была везде. В раздирающей голову белизне начали мелькать имена и названия, какие-то размазанные образы… словно все сознание экзорциста, до сих пор распыленное где-то за пределами Бытия, обрушилось на него невыносимо тяжелой лавиной. Сил кричать не было, потому он хрипел и хрипел, едва давая себе вдохнуть, чтобы снова выдавить из дрожащей грудной клетки этот жутковатый скрипучий звук. А вокру по-прежнему были тишина, пустота и покой. Равнодушие – непреклонный массив, нависший над крошечной ничтожной фигуркой, катающейся по чистой мостовой и замазывающей ее кровью с растрепанных посеревших волос.

Наконец, все стихло. Худые – кости, обтянутые кожей – руки упали на камни, и Аллен приоткрыл глаза, дыша судорожно и отрывисто, бессознательно глотая сухой воздух. Ни на что больше сил у него не было.
«Где…я?.. Что… со мной…» - отчаянно думал он, иногда резко выдыхая от боли, новыми волнами пробегающими по телу. – «Я… Я… Аллен… Уолкер…» - помедлив, мальчик зажмурился, словно даже думать ему было невыносимо тяжело. – «Уолкер… Уолкер… Ма… на… Мана… Мана!»
Наполнившиеся осознанием серебристые глаза широко раскрылись, и экзорцист титаническим рывком приподнялся и сел, спешно, скорее, машинально, чем осознанно, упираясь лопатками в стену, замазанную его кровью. Крест на его руки потух и больше не подавал признаков жизни, но свое дело он сделал.
«Мана… Мана, Мана, Мана, Мана, Мана…» - кажется, это имя проникло во все, даже самые далекие уголки разума. – «Мана, Мана… Мана!..»
Вокруг не было времени. Аллен не мог знать, сколько он лежал, корчась от боли, сколько он сидел, думая только о Мане, и по щекам его текли розоватые слезы, окрашенные кровью лопнувших сосудов. Вокруг ничего не менялось, не по чему было судить. Да и не было сил думать об этом. «Идти вперед… Мана… Я обещал… Я обещал тебе идти вперед…» Подобно старому, давно ставшего грудой металлолома компьютеру, неожиданно натолкнувшемуся на программу, вдохнувшую новые силы в истертые микросхемы, экзорцист напрягся и поднялся на ноги. Только одному ему известно, чего ему это стоило. Суставы захрустели, напряглись мышцы, уже успевшие забыть, как нужно поддерживать кости. Боль была настолько сильной, что, кажется, уже не могла осознаться. Сейчас Аллену казалось, что эта боль – стабильная часть его мира, что ее нужно терпеть, потому что она была, есть и будет всегда. Важно было другое – выйти отсюда.
Выйти и идти вперед.

Едва переставляя костлявые ноги, тренировочные тапочки с которых уже слетели давным-давно, мальчик пересек улицу и, опираясь черной левой рукой о белые стены, дошел до ее конца. Растерянный мечущийся взгляд уперся в дверь, и что-то в голове словно сказало «Да, это та самая дверь». Этого было достаточно, чтобы Аллен всем своим весом навалился на нее, царапая ногтями деревянную поверхность, и, после того, как она послушно распахнулась, пропал в непроглядном мраке.

Азиатское подразделение - Комната управления Ковчегом

Отредактировано Allen Walker (05-09-2010 18:20:53)

+1


Вы здесь » ♠|D.Gray-man: New war|♣ » Архив старых тем » Ковчег